Подорож Україною
 
   

    Здесь представлен текст публикации Во Львов - набирать килограммы
Автор -
Настасья ВИШНЕВЕЦКАЯ

Год публикации - 2006
Источник - Газета по-киевски

Настасья ВИШНЕВЕЦКАЯ

Во Львов - набирать килограммы

Чтобы с удовольствием поесть сладенького в западной столице Украины, забросишь даже кремлевскую диету




Женские глянцевые журналы уверяют, что путешествия вносят романтику даже в многолетний брак, поэтому очередную годовщину семейной жизни мы решили отметить в чужом городе. Муж, ссылаясь на небывалые морозы, поначалу ехать отказывался, но мне удалось его переубедить. «Теплое время года – это для неженатых, – объяснила ему я. – А супружеский романтизм – дело суровое, требует терпения и выдержки». Для поездки выбрали самый романтический город Украины – Львов.



Свадебный торт по-львовски

Остановились в гостинице при цирке. Отель очень напоминает студенческое общежитие: кухня, туалет в конце коридора, душ – в подвале, умывальник – в номере. Но у этого заведения есть несколько достоинств: дешевизна (20 грн с человека в сутки), близость к историческому центру города (15 минут неспешной ходьбы до площади Рынок), вода круглосуточно (для Львова это редкость) и замечательно красивый вид из окна на собор святого Юра.


Кстати, в греко-католическом соборе св. Юра существует традиция, с которой мне раньше сталкиваться не приходилось. Когда мы подошли к храму, перед его входом фотографировалась свадьба. Меня удивило, что свидетель держит в руках свадебный торт, украшенный фигурками белых лебедей. Потом он отнес его в церковь и положил около аналоя, где происходит обряд венчания. Монахиня, продающая свечи, объяснила, что кроме торта новобрачные оставляют в храме букет цветов и табличку со своими именами рядом с чудотворной иконой Теребовлянской Божьей Матери – так принято.


С экскурсиями все решилось просто. Мы зашли в первое попавшееся на глаза турбюро, и его хозяйка вызвалась показывать нам город от рассвета до заката за 30 гривен в час.




Жизнь в кофейнях

Когда в начале прошлого века в просвещенной Европе окончательно победила индустриализация, люди с хорошим художественным вкусом пришли в ужас от массовой продукции промышленных предприятий. Суть конфликта хорошо передает диалог Миронова и Папанова в фильме «Бриллиантовая рука».


– Лелик, но ведь это неэстетично!


– Зато дешево, надежно и практично!


Для людей со вкусом и достатком художники изобрели особый метод (гнутые линии, растительный орнамент, асимметрия и т.д.), благодаря которому самые прозаические предметы быта превращались в явления искусства. В каждой стране этот метод назывался по-своему: в России – «стиль модерн», в Австро-Венгрии – «стиль сецессия».


Городская жизнь в «стиле модерн» проходила в кофейнях. Проекты мебели, тканей, посуды, декор интерьеров для них создавались известными художниками. Там играли на бильярде, в шахматы, беседовали, работали, флиртовали, читали газеты. Кофейни австро-венгерских городов – Львова, Кракова, Варшавы, Вены – считались лучшими заведениями Европы, а львовские и венские сладости были знамениты во всей империи. Как писал сто лет назад один журналист, кондитеры Львова «могли відтворити із цукру та шоколаду весь Космос”.



Цукерня на Староеврейской

В современном Львове есть несколько кафе, где пытаются воссоздать атмосферу австро-венгерской сецессии, но, по-моему, лучше всего это удалось «Цукерні” на ул. Староеврейской, 3. Это кафе, конечно, иммитация, макет: газеты, прикрепленные к деревянной палке, никто не читает, на антикварные посуду и шахматы, выставленные в стеклянных горках, можно только смотреть. Но в оформлении кондитерской пластик и штамповка использовались по минимуму: стулья – “венские” т.е. гнутые деревянные, светильники – в стиле “модерн”, картины – “ручная” работа, а кипяток для чая подают в латунных кофейниках, сделанных между Первой и Второй мировыми войнами. Про “солодощі” и говорить нечего – никакой химии.


Я уже несколько месяцев придерживаюсь “кремлевской” диеты – есть можно только белки. А на витрине «Цукерні» красовались сплошные западноевропейские углеводы: тирамису, струдель с яблоками под горячим кремом (самое популярное кондитерское изделие в Австро-Венгрии), сырник с персиком, шоколадный кекс, торт “Шварцвальдский”… Восточный и западный векторы схлестнулись в моей украинской душе – и Запад победил. Причем с впечатляющим результатом. Мы были во Львове полтора дня, приходили в «Цукерню» два раза, и как только я вышла в Киеве из вагона на перрон, так у меня пуговица на брюках и отлетела.


Из напитков в кафе предлагают только чай и кофе, что для модерна слишком по-пуритански, но у нас с собою было! Во Львове даже при минус семь довольно сыро, сказывается близость Карпат. Никакие чай-кофе в таких условиях не помогают. Зато коньяк и бодрит, и согревает, и хорошо пьется без закуски. Осмотришь какой-нибудь архитектурный памятник, хлебнешь – и неизменно превосходный результат! Между прочим, о закуске. В Львове на ул. Дорошенко есть окошко, где продают “перепічки” по-киевски. Так наши, с ул. Богдана Хмельницкого, напротив ЦУМа, – лучше! Стоят всего на 50 копеек дороже, а больше раза в два, и сосиска вкуснее.


Итак, у нас собою было, но неожиданно выяснилось, что разливать под столом в интерьере “сецессия” совершенно невозможно. Пришлось попросить разрешения у официантки, она поколебалась, но позволила. А когда подавала счет, участливо у нас спросила: “Вы сделали, что хотели?”. “И не один раз!” – успокоили мы ее.



О пользе русского языка

В советские времена жители Львова были известны всему Союзу легендой о своей нелюбви к русскому языку. И сейчас на базарчике рядом со львовской Оперой (аналог нашего Андреевского спуска) продают футболки с надписью "Дякую тобі, Боже, що я не москаль!”, но если обращаешься к львовянам по-русски, то тебе вежливо отвечают так же (причем не “шокают” и не “гыкают”), и дело с концом. Мне даже кажется, официантка в «Цукерні” разрешила нам нарушить правила заведения как раз потому, что мы говорили с ней на «великом и могучем»: мол, русскоязычные они и есть русскоязычные – без спиртного не могут.


Восточноукраинская речь провоцирует львовян на выяснение отношений. Заказываем завтрак в кафе. В меню написано “Кава з цинамоном”. Просим официантку: “Поясніть, будь ласка, що таке цинамон.” Оказывается, корица. Замечательно! Читаем дальше: “Яєчня зі шпондером”. Интересуемся шпондером. “Ви не з України? – спрашивает. – Як це ви не знаєте, що таке шпондер?” Ну, и почему вся Украина должна знать, что галичане называют бекон шпондером? Что, об этом Тарас Григорьевич в своем “Заповіті” просил?


Спрашиваем у пожилого пана: “Перепрошуємо, це костьол св. Єлизавети?”. “Так, – отвечает он. – От же у вас на Сході дуже москалів полюбляють, а вони в нас такого понаробили! В цьому костьолі все порізали, мовляли, нібито “не представляет художественной ценности”. А на його освяченні сам Франц-Іосіф був присутній!” После чего пан крякнул, махнул рукой и ушел.


В свое время галичане считали австрийского императора Франца-Иосифа реакционером, онемечивающим украинский народ. Потом выяснилось, что Иосиф Виссарионович – это вам не Франц-Иосиф, и теперь львовяне отзываются об императоре с большим уважением. Но это так, дела архитектурные, а вот видел бы многоуважаемый пан, что в Киеве за последние годы “понаробили” – и безо всяких москалей.


10.03.2006



Год публикации - 2006.

Источник -

Газета по-киевски

Ежедневная популярная газета


См. также:

Галичина

Львов

Львовщина


03.2006
Темы, объекты: Львов