Подорож Україною
 
   

    Здесь представлен текст публикации Здесь нефть качают в огородах
Автор -
Николай ПОЛИЩУК

Год публикации - 2006
Источник - Газета по-киевски

Николай ПОЛИЩУК

Здесь нефть качают в огородах

Поездка из районного центра Дрогобыча во Львовской области в Борислав занимает не более получаса. Собственно, и граница между городами пересекается незаметно: попросту улица, по которой едет маршрутный автобус, меняет свое название. Нетрудно догадаться, что в Дрогобыче она называется Бориславской, а в Бориславе, соответственно, - Дрогобычской…


Несмотря на такое соседство, Борислав все-таки отличается от Дрогобыча. Во-первых, этот город расположен среди высоких гор, каких нет в Дрогобыче. Во-вторых, в Бориславском воздухе стоит устойчивый запах сырой нефти, той самой «ропы», о которой мы все знаем из романа «Борислав сміється». Что же сегодня представляет собой город, описанный Иваном Франко? Итак, едем в Борислав.



Кто такие «лыбаки» и «барабы»


- Все журналисты одинаковые, - как бы с сожалением говорит начальник отдела горадминистрации (он же - председатель городского общества охраны памятников) Роман Тарнавский, - посмотрят наш город, а потом пишут материалы под названиями вроде «Борислав теперь не смеется, а плачет». И никто не вспоминает ни о наших памятниках, ни об истории, ни о людях, творивших славу города. А ведь здесь жили писатели Богдан и Лев Левки, известный педагог и писатель, друг Ивана Франко Стефан Ковалив, да и сам Франко бывал часто. Подсчитано, что Борислав вспоминается более чем в двадцати рассказах Ивана Франко.


Специфика города такова, что даже памятники его истории связаны с нефтепромыслами. Например, почему городской мост называется Барабским?


- Барабами называли самых низкооплачиваемых рабочих, которых нанимали на временную, почасовую работу, - объясняет Роман Тарнавский. - Каждое утро барабы собирались у этого моста, где их и набирали работодатели.


Барабов ни в коем случае нельзя путать с лыбаками. В отличие от бараба, лыбак является символом города, он даже изображен на гербе Борислава. Вот что пишет Иван Франко в повести «Яць Зелепуга»: «Либаками звалися давніше в Бориславі ті, що при помочі кінських хвостів згортали з поверхності води, калюж та джерел бориславських виступаючу на них кип’ячку (т.є. занечищений олій земний) і продавали її на смарилово до возів». Уточню: лыбаки для добычи нефти не копали ямы, они с помощью нехитрых приспособлений собирали ее с поверхности водоемов.


Разумеется, с приходом советской власти этот промысел пропал, но возродился с тем же названием после распада Союза. Украинское законодательство не запрещает собирать полезные ископаемые с поверхности земли (запрещена только геологоразведка), вот многие люди и стали набирать нефть в ведра и относить на полукустарные нефтеперегонные заводы. Однако в средине 90-х все небольшие заводики прогорели, так что профессия лыбака исчезнет теперь, наверное, уже навсегда.



Взрывоопасные подвалы


Барабы, лыбаки и вообще все промышленники начала ХХ века оставили в наследство нынешним городским властям большие проблемы. Хищническим способом добывая нефть, современники Ивана Франко выпустили в воздух миллиарды кубометров природного газа, из-за чего в подземных горизонтах упало давление, и нефть теперь не так-то просто поднять на поверхность. Сегодняшняя добыча нефти сократилась почти в двадцать раз по сравнению с максимальными показателями начала прошлого столетия. Хотя, по мнению геологов, здесь и сегодня есть много глубинных, еще неразведанных залежей нефти.


С другой стороны, во времена Ивана Франко нефть качали самым примитивным образом, вырывая колодцы глубиной 20-30, реже - до 50 метров. Эти колодцы (или, как их тут называют, копанки) после того, как из них выкачивали нефть, не засыпались землей, а просто прикрывали сверху досками. Сколько было вырыто таких «старательских» ям, не знает никто. За сотню лет дерево сгнило, и старые колодцы проваливаются то в одном месте города, то в другом. Мой собеседник показывает мне местную достопримечательность - среднюю школу № 7, построенную на семнадцати копанках. Это только те, которые удалось обнаружить.


Вторая проблема города - это сопутствующий нефти газ. Газ, просачиваясь сквозь землю, превратил центральную часть города в своеобразный пороховой погреб. На всех дверях подвалов домов висит предупреждение: вход с открытым огнем категорически запрещен. В подвалах накапливается газ, который в апреле 1972 года привел к ужасной катастрофе — на воздух взлетел целый дом, погибло семнадцать жильцов. Строительство в центральной части Борислава запретили, а жителей из домов, расположенных на месте старых выработок, начали переселять в новые кварталы. Но все же в центре города еще немало старых домов «повышенной взрывоопасности».



Дети, козы и вышки


Борислав — это не только один из центров украинской нефтедобычи. Здесь же находятся и шахты, в которых добывают озокерит, или горный воск — материал, использующийся для производства изоляции.


- У нас расположены единственные в Европе залежи озокерита, который добывается шахтным методом, а не с помощью плавки, - рассказывает Роман Тарнавский. - В первом трансатлантическом кабеле между Европой и Америкой изоляция была из бориславского озокерита. Вообще, в Бориславе много чего было сделано впервые. Например, изобретатель Иван Зег первый в Австро-Венгрии получил патент на керосиновые фонари. Впрочем, он дорого заплатил за свое открытие: из-за неосторожного обращения с керосином его мастерская загорелась, в пожаре погибли его жена с сестрой.


Недалеко от места, где зажегся первый в Австро-Венгрии керосиновый фонарь, на окраине города просто из горы бьет источник минеральной воды. Мой собеседник утверждает, что минерализация здесь настолько высока, что даже транспортировать воду приходится по из нержавеющей стали: любые другие она попросту разъедает. Вода, правда, имеет небольшой привкус нефти, как у «Нафтуси».


- «Нафтуся», - объясняет Роман Владимирович, — это название собирательное для всей минеральной воды, которая бьет в нашем регионе. Известна трускавецкая «Нафтуся», но и в Бориславе есть не менее десяти источников воды такой же минерализации, а в Схиднице - почти сорок.


Аппараты-качалки среди огорода - явление для Борислава обычное. Вместе с Романом Тарнавским идем по огородам на окраине города. Невероятно, но то здесь, то там клюют носом аппараты, установленные прямо среди грядок. Откачанная нефть сливается куда-то в невидимые подземные хранилища. Мой собеседник обращает внимание на «стерильность» производства: нефть нигде не разлита, не просачивается за пределы зацементированной производственной площадки, есть специальная сливная емкость на случай случайного разлива. Тут же пасутся козы, гуси — идиллия! Но владельцы участков, на которых установлены качалки, не получают никакой компенсации за малую индустрию на своем огороде. Из-за противоречий в законодательстве статус этих вышек завис в воздухе. Как и статус нефтеносных огородов. Нефтеносных в прямом смысле слова: иногда нефть просто выступает на поверхности, особенно это заметно зимой — черное пятно на белом снегу.


Скважины в фонде Бориславского нефтепромысла разные по возрасту. Есть скважины и со столетним «стажем», есть и такие, которым с десяток лет. В горах можно увидеть раритетную столетнюю технику — хоть сразу сдавай в музей. Например, так называемый филиальный круг, который ранее вращался лошадьми. Теперь лошадей заменило электричество, а старый круг приводит в действие до десяти скважин.


Ну и, конечно, неповторим пейзаж городского парка, где однообразие стандартных детских качелек и каруселек нарушают все те же нефтяные качалки.


06.04.2006



Год публикации - 2006.

Источник -

Газета по-киевски

Ежедневная популярная газета


См. также:

Борислав

Галичина

Дрогобыч

Львовщина


04.2006
Темы, объекты: Львовская область, Борислав, Дрогобыч, Иван Франко