Подорож Україною
   

    Здесь представлен текст публикации На борту "трансполесского экспресса"
Автор -
Николай ПОЛИЩУК

Год публикации - 2006
Источник - Газета по-киевски

Николай ПОЛИЩУК

На борту "трансполесского экспресса"

Вы помните, когда-то в стране существовала сеть узкоколейных железных дорог? Сегодня эти дороги в подавляющем большинстве своем повсеместно (кроме, может быть, Закарпатья) закрываются, перешиваются и вообще, уходят в прошлое. И все же одна довольно длинная узкоколейная ветка каким-то странным образом сохранились в самом что ни есть глухом Полесье, на самом севере Ровенской области. Забытый богом полторастакилометровый путь подчас является единственной дорогой, связывающий села вдоль белорусской границы с цивилизацией. Места здесь «гиблые»: все больше болота да озера, а из транспорта конь да телега. Ну и узкоколейный тепловоз, разумеется. Который, если разобраться, тоже конь, только железный.



Взрослая железная дорога


Самая большая загадка железнодорожной ветки Заречное-Антоновка заключается в том, что она совершенно не обозначена ни на каких географических картах. Даже на самых мельчайших, одно- и двухкилометровых. В чем причина, мне не понятно и по сей день. Во всяком случае, фактор стратегической значимости этой магистрали я отбрасываю сразу же. Наверное, эту дорогу засекретили специально для того, чтобы туристов, которых иногда заносит в Заречное, ожидал приятный сюрприз.


Потому что трудно передать удивление человека, обнаруживающего в районном центре, где даже дома обогреваются «буржуйками», станцию, страшно похожую на «Вишенку» или «Яблоньку» киевской детской железной дороги. Станцию маленькую и совсем игрушечную, такую, что не верится, что это все по-настоящему. Что пути, идущие куда-то через парк, не оканчиваются за городской чертой, а являются на сегодня самой длинной узкоколейной железной дорогой в стране. Не сразу верится и в то, что написано на рельсах: «год изготовления – 1908». И в то, что вот в этот вагон, до крыши которого можно достать рукой, действительно садятся люди.


Но эта дорога – не детская. Ездят на ней здешние мужественные и плечистые, знающие жизнь и готовые на все люди, гордое имя которым – полищуки. С ними вместе в дорогу на маленьких вагончиках отправляюсь и я.



Воспоминания о махновщине


Движение здесь не самое оживленное. Утром один поезд идет из Антоновки до Заречного. Днем еще один отправляется в противоположном направлении. Вот типажи пассажиров. Мужчины с мешками, в которых визжат поросята. Женщины с кошелками со всякой снедью. Парни с велосипедами. Дедушки с папиросами и рваными ватниками. Все это находится в постоянном движении, очень сильно напоминая фильмы о поездах времен гражданской войны. Для полноты картины не хватает только пьяного махновца с наганом на крыше. Это, правда, вполне компенсируется буйностью пейзажей вокруг.


Удивительно, но практически везде вдоль дороги нет никакого жилья. Зато вокруг раздолье природы, вообще не тронутой цивилизацией. Леса, заливные луга, с какими-то табунами лошадей. Реже – озера. Где-то приблизительно в таких вот местах должны были бы обитать герои «Лесной песни». И все без единого человека! Добраться сюда можно только этим одним поездом по «засекреченной дороге». Да и по большому счету, красота-то эта – чернобыльская. Во Владимирецком, Заречненском районах очень высокий уровень радиоактивного загрязнения.


Поезд едет с четырьмя вагонами, один из которых отведен исключительно для нужд проводников и среди пассажиров называется «барским». Железнодорожные проводники, видимо, очень важные персоны в этом составе. Зато у пассажиров узкоколейки есть свое преимущество, по сравнению с пассажирами скорых дальних поездов. Им никто не возбраняет открыть дверь тамбура и продолжать езду, свесив ноги на улицу и вдыхая свежий воздух. Даже если вы вдруг выпадете из вагона – не беда. На Полесье, как известно, время течет медленнее, чем где бы то ни было, и здешний поезд тоже нетороплив. Его крейсерская скорость тут – 20-25 километров в час. Даже если кому-то придется выпасть, думаю, он сможет догнать поезд бегом.


- А лет пять назад посреди дороги тепловоз сломался, - рассказывает мне очередную байку мой попутчик по имени Павел из села Морочно, - так сутки стояли среди леса, грибы собирали…


Узкоколейка видела и лучшие времена: об этом свидетельствуют хотя бы руины каких-то перегрузочных комплексов, брошенные навсегда на разъездах цистерны, вагоны, дрезины и даже один узкоколейный паровоз. С другой стороны, железная дорога через болота представляет собой чудесный аттракцион, который почему-то не очень популярен среди украинцев. Зато иногда одна столичная фирма организовывает групповые поездки сюда для любителей железнодорожной экзотики из других стран. Правда, несмотря на это, дорога все равно убыточна и до сегодняшнего дня сохраняется в рабочем состоянии все по той же причине: другого пути на «большую землю» для жителей здешних болотистых мест просто нет.



Экстрим реки Стырь


Об истории узкоколейки информацию пришлось собирать по крупицам. Во всяком случае, в двадцатые годы (тогда здешние края находились под польской властью) она существовала – по ней вывозили лес из лесозаготовок. В войну немцы даже чуть-чуть расширили дорогу, сделали ветку до села Кухотская Воля, но отступая, уничтожили все. У советской власти руки до восстановления железной дороги дошли к концу сороковых, а окончились строительные работы на дороге только к шестидесятым. Но некоторые строения несут на себе оттенок временности до сих пор. Например, въезд на мост через речку Стырь – аттракцион не для слабонервных.


Сам мост, шириной, кажется, не более трех метров, сплошь деревянный и очень длинный. Говорят, что он недавно был отреставрирован, но, во всяком случае внешне выглядит довольно дряблым. Река здесь разливается широко, и становится не по себе, когда поезд въезжает на мост не плавно, а какими-то рывками, со скоростью ленивого пешехода форсируя водную преграду на рельсах, проложенных по деревянному настилу и снизу подпертых снова-таки, деревянными колодами. Собственно, здесь полная аналогия с подвесными мостами: все вроде и надежно, а идти страшно.


Дорога Заречное-Антоновка однопутная и лишь на больших (по местным меркам, разумеется) станциях есть разъезды. Здесь же на станциях Тиховиж, Локница, Островск, Боровая пассажиров приезжают встречать родственники на телегах, на которые потом будет возложена поклажа и увезена в какие-то «вески», совершенно незаметные из маленьких (наверное, меньших столичного трамвая) вагонов удивительного трансполесского экспресса. Где-то в стороне мы проезжаем культовый полесский поселок Серники, все полторы тысячи населения которого – от новорожденного младенца до местного депутата Верховной Рады - носят одну и ту же фамилию Полюхович. Станции – это очаги культурной жизни. Здесь выходят машинисты, общаются с народом. Это тот поезд (подобное братание можно наблюдать еще на местных поездах на юге страны), в котором и пассажиры, и машинист знакомы между собой. На некоторых станциях стоят самые настоящие семафоры – какие сегодня можно увидеть разве что в кадрах документальной хроники. Последний такой мы видим перед самым въездом на конечную станцию Антоновку. Здесь маленький вокзал райцентра тоже имеет две платформы: одну узкоколейную, другую - для нормальной колеи. Отсюда можно стартовать на Киев львовским поездом. Но это уже обычный пассажирский состав, полностью лишенный какой бы то ни было узкоколейной романтики…


10.05.2006



Год публикации - 2006.

Источник -

Газета по-киевски

Ежедневная популярная газета


См. также:

Полесье

Ривненщина

Серники

Стырь

Узкоколейная железная дорога Заречное-Антоновка


05.2006
Темы, объекты: Полесье, Ровенская область, узкоколейная железная дорога Заречное-Антоновка, Стырь, Тиховиж, Локница, Островск, Боровая, Серники